“Семеныч, ну чё, ходишь?” - спросил Кислый. Кислый не любил,
когда Семеныч тормозил, а тормозил Семеныч постоянно.
Семеныч задержал карту, хитро прищурился, нажал из вредности
большую красную кнопку.

Вокруг расцвело необычайно красным цветом, настолько прекрасным,
что Семеныч предстал Кислому ангелом небесным. После этого ВСЁ
немного содрогнулось и стало сжиматься во все цвета радуги.

“Семеныч, ну чё, ходишь?” - спросил Кислый. Кислый не любил,
когда Семеныч тормозил, а тормозил Семеныч постоянно.
Семеныч задержал карту, хитро прищурился, нажал из вредности
большую красную кнопку.

Вокруг расцвело необычайно красным цветом, настолько прекрасным,
что Семеныч предстал Кислому ангелом небесным. После этого ВСЁ
немного содрогнулось и стало сжиматься во все цвета радуги.

“Семеныч, ну чё, ходишь?” - спросил Кислый. Кислый не любил,
когда Семеныч тормозил, а тормозил Семеныч постоянно.
Семеныч задержал карту, хитро прищурился, нажал из вредности
большую красную кнопку.

Вокруг расцвело необычайно красным цветом, настолько прекрасным,
что Семеныч предстал Кислому ангелом небесным. После этого ВСЁ
немного содрогнулось и стало сжиматься во все цвета радуги.

Машина времени не получилась.